Евтушенко-мл.: "У меня был потенциал, чтобы заиграть в АИКе"
Разделы

Все статьи сайта





В 19 лет сын чемпиона СССР и Швеции Вадима Евтушенко, Вячеслав, дебютировал в составе гранда шведского футбола – клуба АИК Сольна.
Вячеслав Евтушенко ВЯЧЕСЛАВ ЕВТУШЕНКО07 МАЯ 2012, 13:15
Через год играл уже в еврокубках, но постоянные смены тренеров и большая кадровая «текучка» не позволили Славику заиграть в черно-желтых цветах на полную силу. Он перешел в возглавляемый отцом клуб Вальста Сирианска, с которым постоянно претендовал на выход в шведскую элиту, но останавливался за пару шагов от Суперэттан. А теперь шведский украинец выводит на поле с капитанской повязкой команду Браге, в которой он за совсем небольшой период заработал авторитет и уважение.
 
«С отцом стали чемпионами в один день»
 
– Давайте вспомним ваши первые шаги в футболе. От первых тренировок в Киеве что-то осталось в памяти?
 
– Достаточно смутно вспоминаю тренировки в динамовской группе, мы ведь в раннем возрасте оставили Украину, не так много запомнилось: помню радость от игры, очень уж любил я повозиться с мячом. Играли на кортах возле стадиона Динамо, воротами служили легкоатлетические  барьеры. От Киева, Кировограда, где я провел немало времени в детстве, вообще довольно много хорошего осталось в памяти. Я часто бывал на базе Динамо, где тренировался с командой папа.
 
В Швеции мы достаточно долго не вникали в страну – жили обособленно, далеко от города, в школу я ходил русскоязычную – при посольстве СССР. Ведь родители думали сначала, что ненадолго в Швеции останемся – на пару лет, пока контракт папы с АИКом будет. Но потихоньку я с братом начал заниматься в детской команде АИКа (кстати, ранее в прессе можно было прочитать, что Вячеслав начинал заниматься в школе клуба Каллхэль – это неправда, сам герой нашего интервью прояснил, – прим. А.В.). Занятия футболом в шведском коллективе позволили быстрее вникнуть в местную культуру, получить языковую практику.
 
Вскоре наша команда, АИК, добилась своего успеха: в тот день, когда отец с основной командой стал чемпионом Швеции, мы стали победителями юношеского чемпионата Стокгольма.
 
Мои личные воспоминания от футбола – это, конечно же, чемпионаты мира. Смотрел и хорошо помню итальянский мундиаль 1990 года, но самое большое впечатление на меня произвел чемпионат мира-94.
 
– Тогда в США сборная Швеции завоевала бронзовые медали. Ажиотаж в стране, наверное, был нешуточный?
 
– Да. Во многом, тот футбольный бум послужил шведам большим толчком к развитию. Но еще долгие годы местный чемпионат становился на ноги.
 
– Тот чемпионат Швеции, который вы помните с детства, был иным, нежели теперешний? Знаю, что в годы, когда ваш отец был любимцем публики АИКа, местная лига еще во многом была полупрофессиональной – многие футболисты работали после тренировок на обычных работах…
 
– Да, так и было. Тренировки проводились в районе четырех-пяти часов, а до этого футболисты работали или учились. Двухразовых занятий не было, и так, в принципе, продолжалось до середины 1990-х, когда некоторые клубы начали более профессионально относиться к делу. Это наверно и стало толчком развития футбола и повышеного интереса к нему со стороны СМИ. В последнее время шведский футбол во многом изменился с появлением большого количества легионеров – раньше он был более силовой, похож на британский, теперь же все смешалось. Шведы хотели играть более технично – они этого добились. Вместе с тем, успехи сборной привели к тому, что теперь как только молодой игрок привлекает внимание несколькими успешными играми, его сразу же берут на заметку заграничные клубы. А финансовые возможности здешних клубов не очень большие – не позволяет развиваться слишком жесткая налоговая система, поэтому удержать талантов нет возможности. Шведский чемпионат нынче, с одной стороны, постоянно теряет лучших игроков, с другой – клубы непостоянные, нет «вечных» фаворитов. Далеко в прошлом остались времена, когда Гетеборг мог выиграть 3-4 чемпионата кряду.
 
– На фоне этого «бурлящего моря», как себя чувствовал АИК – клуб, в котором стал знаменитым на всю Швецию ваш отец, и где вы делали свои первые шаги в футболе?
 
– Приход отца в клуб серьезно повлиял на его возрождение: АИК стал чемпионом Швеции впервые за 55 с лишним лет, а отец, играя на позиции центрального полузащитника, забил 14 голов за сезон (рекорд страны для хавбеков). Но после пика 1992 года клуб потихоньку опустился вниз. Для тогдашнего АИКа 4-5 тысяч зрителей на стадионе Расунда (может вместить 34 тысячи) былипривычным явлением. Когда шведам в 97-м попалась в еврокубках Барса, и в домашнем матче удалось заполнить стадион до отказа, это восприняли как настоящее чудо. Мой переход из молодежного состава в основной пришелся на непростой период. Меня привлекали к тренировкам команды под руководством британца Стюарта Бакстера – та команда участвовала в групповом турнире Лиги чемпионов, продала в Европу нескольких игроков. Быть может, приток денег сыграл с АИКом тогда злую шутку – где-то цифры вскружили руководителям головы, они начали покупать достаточно дорогих игроков с большими зарплатами. Вскоре Бакстер ушел в отставку, а возглавил команду Улле Нурдин – бывший игрок и тренер сборной Швеции, который возглавлял ее на чемпионате мира 1990 года (ему еще долго поражение от Коста-Рики припоминали).
 
– Новый тренер больше доверял молодежи по сравнению с предыдущим?
 
– Нравилось то, что для Нурдина все были равные – он требовал от каждого игрока, и молодого, и многоопытного, максимальной готовности. Улле давал мне шанс, наигрывал на предсезонных сборах и даже сравнивал с Юнасом Терном, когда тот был в моем возрасте. Он верил в меня и неоднократно говорил, что 2002 год станет моим годом. Но так уж получилось, что в марте "моего" года, как раз перед началом сезона, Улле заболел и оставил свой пост, его ненадолго заменил второй помощник, Петер Ларссон, но тоже вскоре ушел восвояси. Команду возглавилчех Душан Угрин – вице-чемпион Европы со сборной своей страны, многолетний тренер Спарты.
 
– Вы дебютировали в основной команде осенью 2000 года, но свой лучший матч, по уверениям шведских журналистов, провели весной 2001-го – в Кубке против Эребру. Чем же вы так их тогда поразили?
 
– Я вышел на замену, когда команда проигрывала, и сразу же смог сравнять счет – нападающий откатил мне мяч, и я метров с 20-ти попал в «девятку». Получилось не только красиво, но и вовремя – вскоре основное время закончилось, а по пенальти АИК выиграл.
 
Сирийская цитадель неподалеку аэропорта
 
– В свои 20 лет вы успели сыграть немало матчей за АИК, дебютировали и в еврокубках. Почему же решили уйти из команды?
 
– Дело в том, что у Угрина я не получал достаточно игровой практики – он больше доверял легионерам и ветеранам. Я посещал дневные тренировки, из-за чего страдало мое обучение в университете – самом престижном в стране. В Стокгольме этот вуз пользовался очень хорошей репутацией, профессора требовали от студентов полной самоотдачи, поэтому я решил не вредить образованию и уйти к отцу в Вальсту Сирианску. Сам попросился в аренду. Потому что если бы продолжал в АИКе – оба дела бы пострадали: играть у Угрина не было возможности, а занятость в клубе мешала учебным делам. В Вальсте я обрел игровую практику, получив возможность и в университете успевать. В итоге, получил престижное экономическое образование. Когда же вернулся в АИК – чувствовал, что окреп, набрался опыта. Сам чешский тренер сказал, что я стал «лучше на 20%». Но вскоре в АИКе появился новый тренер – англичанин Ричард Мани. Начинать все сначала уже не хотелось, и я окончательно ушел в Сирианску.
 
– Семья Евтушенко вошла в историю АИКа – и Вадим Анатольевич, и вы, его два сына, сыграли за Сольну в официальных матчах. Но еще вы остались и в истории скромного клуба Вальста Сирианска. Что это был за коллектив, как работалось там после шведского суперклуба?
 
– Конечно, после АИКа Вальста не могла блеснуть инфраструктурой, и поначалу это поразило (тем более, Сольна как раз построила новую базу с отличными полями). Раздевалки у нас были в обычной прачечной, немного переоборудованной под надобности футболистов. Зимой тренировались на гаревом поле. Все бывало – и снегом наше поле заносило, и льдом покрывало. За ним очень плохо ухаживали, редко чистили. Весной и летом были вечные проблемы с качеством травяных тренировочных полей. Но все компенсировалось тем, что мы были вместе: отец – главный тренер, позже к нам и мой брат Вадим присоединился. Папа всегда проводил очень интересные и качественные занятия. Я чувствовал, что, несмотря на то что перешел из высшей лиги, все время учился чему-то новому и развивался как футболист. С тем, что заложил в меня папа, не может сравниться ни один специалист, с которым мне доводилось работать.
 
Вообще же клуб – сирийский, его содержала и основала эта диаспора. Находился он в пригороде неподалеку от аэропорта Стокгольма. Отец принял команду, когда она впервые в истории вышла из третьей лиги во вторую. Через два года подключился я, затем Вадик, и мы все время боролись за выход в Суперэттан (в Швеции две лиги считаются общенациональными, общегосударственными: Aллсвенскан, главная, и Суперэттан, вторая по рангу). Но где-то нам не везло, где-то не хватало скромных возможностей клуба, и мы долго-долго финишировали прямо под местами, позволявшими повыситься в классе.
 
Вообще, отец провел для подъема Вальсты колоссальную работу: в скромный клуб он привлекал ребят, прошедших школу больших клубов, но не попадающих в основной состав. Помогал им развиваться, дотренировывал до хорошего уровня. Мы играли в классный, техничный футбол и получали от этого большое удовольствие. Когда же его позвали вУкраину, тренировать сборную, клуб изменился. Вскоре я оказался в другой команде… А по результатам прошлого сезона Вальста вылетела в третью лигу. Обидно, конечно, за наш бывший клуб, всё-таки мы там оставили очень много сил, чувств и эмоций.
 
«Капитанами становятся благодаря труду»
 
– В Браге вы перешли в начале 2010 года, впервые оказавшись вне ставшего родным Стокгольма…
 
– Родители тогда уже переехали в Украину, отец работал с национальной сборной. Высшее образование я в то время уже тоже получил. Меня в столице ничего не держало, и я принял решение полностью поменять обстановку, поиграть в этой команде. Когда я прибыл в Браге, команда готовилась сыграть свой первый сезон после выхода в Суперэттан. Кстати, я в составе Вальсты противостоял Браге, мы были конкурентами в борьбе за повышение в классе, но эта команда нас опередила всего лишь на одно место, затем выиграла плей-офф и вышла в Суперэттан. Но, наверное, где-то меня запомнили, потому как пригласили к себе уже в высшей лиге. Получилось очень символично, последний матч за Вальсту я сыграл как раз на выезде против Браге, а во время всей игры у меня было кокое-то чувство, что стадион вскоре станет для меня родным. Очень странное чувство, ведь для него не было ни каких оснований, но оно сбылось.
 
– Погуглив, установил, что Бурленге – родной город инди-рок-группы «Mando Diao»…
 
– Да, они, кстати, большие поклонники нашей команды!
 
– А еще как-то они спели перед боксерским поединком Владимира Кличко и Руслана Чагаева. 



– Ух ты! Тем интереснее!
 
– А чем еще знаменит город Бурленге и его клуб Браге?
 
– Город небольшой – тысяч 50 населения. Все его знают по крупному металлургическому заводу и, конечно, команде. Браге в свое время доходил до финала Кубка страны, старожилы вспоминают, что когда-то в Кубке УЕФА команда играла против самого Интера с Дзенгой, Бергоми, Бреме и Маттеусом, да еще и достойно уступила миланцам. 18 сезонов в высшей лиге тожеговорит о многом.
 
– Каковы успехи Браге в Суперэттан?
 
– В первом же сезоне взяли 41 очко и обеспечили себе прописку в лиге. В прошлом же году пришлось попотеть, из-за серии травм у ведущих игроков команда не смогла повторить результат предыдущего сезона, и нам пришлось играть квалификационые игры за выживание. К счастью, в этих играх мы смогли сыграть основным составом и убедительно доказали что достойны остаться в «Суперэттан». Команда крепенькая, всегда славилась и продолжает славиться своим характером, хотя звезд с неба не хватает. На сегодняшний день цель клуба – возродить былые традиции и в очень скором будущем серьезно побороться за выход в высшую лигу.
 
– Вы пришли в коллектив относительно недавно, а сейчас, вижу, уже носите капитанскую повязку. Это серьезный успех. Как достигали авторитета в команде?
 
– Даже не знаю, как ответить… Старался играть с полной самоотдачей, не сдаваться в тяжелых ситуациях. Два года подряд у меня был лучший показатель по количеству голевых передач, меня видят самым конструктивным игроком команды, от которого во многом зависит результат и качество игры. Вообще, к выходцам из Стокгольма здесь относятся не очень приветно, но если видят старание и серьезную работу – и столичного человека принимают радушно. А перед нынешним сезоном наш прежний капитан «завязал» с футболом, закончив карьеру, вот повязку и препоручили мне…
 
– Когда-то доводилось делать интервью с вашим отцом, и Вадим Анатольевич тогда описывал вас как техничного центрального полузащитника, а вашего брата, Вадима-младшего – как игрока, тяготеющего к флангу. Все так?
 
– Да, играю в центре полузащиты, опорника. Вадим действительно любит играть на бровке, атаковать на скорости. К сожалению, прошлым летом он получил тяжелую травму – порвал «ахилл», теперь вот продолжает восстановление. После Вальсты Сирианской он оказался в клубе Васалунд, с которым и работает над своим возвращением в футбол.
 
– Знаю, что Вадима когда-то всерьез собирался подписать Черноморец, он произвел хорошее впечатление на просмотре. А у вас не было возможности перебраться в Украину?
 
– Никакой конкретики не было. Оглядываясь назад, понимаю, что имел потенциал, чтобы заиграть в АИКе, но рад, что остаюсь в футболе, что нужен своей нынешней команде, Браге. Долгое время у меня был украинский паспорт – вечно из-за этого мои команды имели проблемы с визами, все меня подначивали – мол, «смени, наконец, паспорт!» Окончательно сдался я где-то года три назад, понимая, что сборным Украины уже не помощник (признаюсь, всегда надеялись мы с братом за родину сыграть). Не хотелось и клуб свой отягощать еще одним легионерским местом…
 
– Вы прожили в Швеции большую часть жизни. Ощущаете себя шведом или, все же, украинцем?
 
– Ни одной части жизни нельзя перечеркнуть. Для меня важно ощущение дома. Так вот, когда выходишь из аэропорта в Киеве – чувствуешь, что ты дома. Когда приезжаешь в Стокгольм – тоже. Храню в сердце и воспоминания о Кировограде, где маленьким проводил много времени. Вырос ведь я на улице Гагарина, рядом со стадионом…
 
– Теперь, когда ваш отец возглавляет Зирку, следите за ее выступлениями?
 
– Конечно! Очень рад, что он именно в этом городе работает, ведь Зирка занимает важное место в его футбольной биографии. Могу сказать, что не только наша семья, но и все наши друзья-коллеги в Швеции теперь переживают за кировоградскую команду! Да и приятно, что в Швеции теперь тоже узнают о Кировограде и Зирке, так как многие шведские журналисты уже успели там посетить папу.
 
– Не могу удержаться от просьбы прокомментировать жребий финального турнира Евро с точки зрения шведской стороны…
 
– Я считаю, что шансы у всех равные. Шведы же немного ниже ставят Украину (о нашем футболе знают мало), считая, что за две путевки они будут бороться с французами и англичанами. Относительно последних сохраняют сдержанный оптимизм – Швеция ведь традиционно успешно играет с Англией. А вот Украину, хоть и признают серьезным соперником, но считают проходимой.
 
Немного пошатнула их уверенность еврокубковая кампания Металлиста, когда харьковчане смели Мальме. Здесь прикинули: если третья команда Украины так легко расправилась со шведским чемпионом, то какие тогда по силе первые две? Словом, после этого оптимизм и «шапкозакидательство» у них немного иссякли.
 
– Футбол в вашей стране все еще конкурирует с хоккеем. Кто лидирует на данный момент?
 
– Вообще – равенство, хотя по массовости футбол уже чуть-чуть обогнал хоккей: и молодежь охотно ним занимается, и на трибунах стадионов побольше публики бывает.
 
– Какие клубы занимают место в вашем футбольном сердце?
 
– Само собой – Браге, за который я сейчас играю. АИК, в котором я сделал свои первые шаги и отыграл 13 лет, Вальста. Слежу за киевским Динамо и сборной Украины, и, конечно, Зиркой, которая не чужая нашей семье. Тем более теперь…
 
– Если рассуждать гипотетически… Что может случиться скорее: возвращение отца в Швецию или ваш переход в Украину?
 
– Ох, очень тяжелый вопрос!.. Надеюсь, у меня все будет получаться в Швеции, а у папы – в Украине.
 
Артур Валерко, Football.ua
 
Справка обозревателя Football.ua 
 
Вячеслав Евтушенко родился 26 июля 1981 года в Киеве. Центральный полузащитник. Начинал заниматься футболом в киевском Динамо, затем – в АИКе Сольна (Стокгольм, Швеция). В составе АИКа провел 19 матчей, отличился 2 голами (2000-2003 гг.). Затем играл в команде Вальста Сирианска (2002-2009 гг.). В Браге (Бурленге) – с 2010 года. В этом году удостоен капитанской повязки этой команды, выступающей в лиге Суперэттан – второй по рангу в стране. Имеет высшее экономическое образование, полученное в одном из престижных университетов Стокгольма (Stockholm School of Economics). Ведет свой микроблог – в твиттере его можно найти под ником @Slavik_5. Сейчас пишет по-шведски, но если украинских читателей станет побольше…  
 
Кстати! 
 
•Читая нашу прессу, Вячеслав обратил внимание, что футбольную сборную Швеции у нас называют Тре Крунур. Он просил передать всем журналистам и болельщикам: это неверно! Тре Крунур, Тремя коронами, называют в Швеции сугубо хоккейную сборную страны (у нее и на форме те самые короны нарисованы). Футбольная сборная не имеет такого прозвища, и когда шведы говорят Тре Крунур, то подразумевают именно хоккейную национальную команду. Вот так вот. 









Статьи о украинском и мировом футболе