Откровенно. Сергей Яковлев
Разделы

Все статьи сайта





http://ekpereezd.ru/
Football.ua рассказывает о воспитаннике киевского Динамо, в юном возрасте оказавшегося в Осере и так и оставшегося в французском футболе.
Сергей Яковлев в игре за ассоциацию игроков Реймса СЕРГЕЙ ЯКОВЛЕВ В ИГРЕ ЗА АССОЦИАЦИЮ ИГРОКОВ РЕЙМСА13 ИЮЛЯ 2012, 20:29
Сколько их было, талантливых воспитанников футбола, в бурные годы развала СССР и появления независимой Украины оставивших родину и пробовавших силы по всему миру… Некоторые пробились, стали известными на чужбине, но большинство кануло в Лету. Наш сегодняшний герой в 16 лет уже был в заявке Осера на еврокубковый матч, выигрывал юношеский Кубок Франции и подавал большие надежды. А доигрывал в великом клубе, только начинавшем свое возрождение, словно Феникс, восставший из пепла. О своей «французской одиссее» рассказывает воспитанник киевского Динамо Сергей Яковлев.
 
Судьбоносный разговор Лобановского и Ру
 
– Большие реки начинаются с маленьких ручейков, большой футбол – с первой детской команды. А как начинались первые футбольные «университеты» для вас?
 
– В футбол я попал в 8 лет. Мой дядя Дмитрий Фетисов (известный тренер, многолетний руководитель группы подготовки ФК Оболонь-Смена, а в те годы – преподаватель Института физкультуры – прим. А.В.) привел меня в детскую школу Динамо, где моим первым тренером стал Вячеслав Михайлович Семёнов. Среди моих товарищей по юношеской команде было много талантливых ребят, но заиграть на высоком уровне немногие сумели. Назову, например, Сергея Гончаренко – капитана мариупольского Металлурга и луцкой Волыни, который поиграл в ряде клубов высшей лиги. Еще, вспоминаю, Саша Татаренко в юном возрасте уехал играть в Бельгию, Германию, Игорь Доценко – в США.
 
Играл я в атаке. Так как у меня была приличная скорость, тренеры часто ставили меня атаковать и под нападающими, и непосредственно на острие. А мне что? Где скажут – там сыграю, благо, игра приносила радость, а в атаке можно было творить. Матчей было много: играли моим 1974 годом на первенство УССР, также меня привлекали в команду старших – 1973 года рождения. И в юношескую сборную УССР приглашали. 
 
Наверное, никого не удивлю, назвав любимцами моих детских лет тогдашних лидеров Динамо – Блохина, Заварова, Беланова. В отличие от многих других юных любителей футбола, у меня был большой приоритет – вместе с другими воспитанниками киевского клуба я имел почетную обязанность – подавал мячи на матчах Динамо. С командой прошел весь путь к Кубку кубков 1986 года – от первого домашнего матча до последнего, полуфинального, дальше динамовцы уехали в Лион, чтобы возвратиться назад с заветным трофеем. До сих пор с мурашками по спине вспоминаю ощущение, когда ты выходишь с командой на поле под рев 100-тысячного стадиона из тоннеля прямо на поле. Надеюсь, и на обновленном «Олимпийском» трибуны так же шумят, гремят, как это было в эпоху Блохина и Лобановского.
 
– То поколение жило в разваливающейся стране с бедностью и дефицитами, зато было у вас одно преимущество по сравнению со старшими ребятами –  вы могли часто ездить на международные турниры. Где-то там вас и подстерегли скауты «Осера»?
 
– Нам и вправду посчастливилось поучаствовать во многих турнирах за границей, но скорее всего, нет – в то время еще не был насколько развит скаутинг, да и вероятность того, что представители Осера могли побывать на наших матчах за пределами Франции, невысока. В моей судьбе сыграл свою роль разговор Валерия Лобановского и Ги Ру…
 
– ???
 
– Когда-то (насколько я понимаю, во время матча за Суперкубок УЕФА в Монако в 1987 году) наставники Динамо и Осера договорились о том, что лучшие воспитанники школы советского клуба получат возможность пройти стажировку во Франции. Гласность и перестройка в СССР набирали обороты, и со временем после этого разговора юные воспитанники Динамо и вправду получили возможность отправиться в Осер. Чтобы определить, кому выпадет такая честь, Лобановский поручил тренерскому совету детской школы клуба выбрать лучшего игрока. Как раз накануне мы выиграли престижный международный детский турнир Дане-Кап, проходивший в Дании. Я смог себя там хорошо проявить, и совет выбрал в качестве поощрения мою кандидатуру. Семёнов давал напутствие: «Грызи на поле всех, как собака», советовал работать со всех сил, чтобы проявить себя. Конечно, я был очень рад. И тому, что выбрали именно меня (внимание тренерского совета очень воодушевляло), и потому, что предстоял интересный опыт.
 
– Как приняли советского юношу во Франции?
 
– Тепло и радушно, французы вообще умеют расположить к себе. В аэропорту Шарля де Голля меня встречала машина, представители клуба поселили меня в отеле, а на утро за мной приехал второй тренер команды Доменик Куперли (сейчас он работает ассистентом бельгийца Геретса в сборной Марокко). Он отвез меня в город и первым делом подарил часы, пожелав мне следить за временем и никогда не опаздывать тренировки. Осер как раз готовился к матчу с гремевшим в те годы «Марселем», и меня привели к Ги Ру, поприветствовавшему меня в своей команде. Опекал меня тренер команды 17-летних, поляк Збигнев Сикович. Он понимал меня, наверное, мы были близки, как представители соцлагеря. Збигнев существенно помог мне адаптироваться.
 
Получилось так, что как раз тогда юношеская команда Осера отправлялась на международный турнир в Бретань. Нашими соперниками были такие команды, как МЮ, Рейнджерс, но, тем не менее, сыграли мы прилично. После такого испытания меня решили оставить в команде: я приезжал на недельную стажировку, а пробыл в Осере полтора месяца. Меня звали домой – предстояли финальные матчи первенства УССР, но руководство французского клуба твердо решило оставить меня в команде. Договорились, что я доиграю сезон с Динамо и вернусь в расположение французов.
 
– Как восприняли в вашей семье такой поворот событий? Советские спортивные чиновники переходу не противились?
 
– В семье такой шаг одобрили. Волновались, конечно – можно понять родителей, которым предстоит отпустить 16-летнего сына в чужую страну. В Динамо тоже не мешали переходу. Я доиграл первенство республики и съездил с киевской командой на юношеский турнир в ФРГ. После его окончания меня приглашали немцы, но Семёнов посоветовал мне всё же отдать предпочтение французам. Так я и сделал.
 
«Ги Ру ходил на дискотеки и сверял показатели спидометров своих игроков»
 
– Академия Осера, возглавляемая Даниэлем Ролланом, в те годы подготовила многих звезд. Достаточно сказать, что в годы вашего пребывания в клубе поиграло сразу четверо будущих чемпионов мира – Блан, Гиварш, Диомед, Шарбонье, причем, двое последних – плоть от плоти воспитанники клубной системы подготовки. В чем был секрет успеха школы клуба из скромного городка? 
 
– Осер тогда боролся с Нантом за звание лучшей академии Франции. Уже когда я играл в его составе, команда наша дважды становилась финалистом кубка страны – раз мы ограничились серебром (в финале уступили ПСЖ по пенальти), еще раз сталипобедителями. Селекционеры Осера искали таланты по всей Франции. Все вместе, мы жили на клубной базе в комфортном общежитии. Среди моих товарищей по команде был, например, Бернар Диомед – будущего чемпиона мира скауты нашли в его родном городе Бурже. Также занимались с нами Ален Гома, Франк Рабаривони, многие другие ребята, впоследствии игравшие на хорошем уровне в Осере и других клубах. Наша молодежь была настолько сильна, что в таком юном возрасте мы стали победителями 3 дивизиона. Наш Осер Б опередил команды, укомплектованные взрослыми, опытными футболистами.
 
– Подготовка талантов в французском клубе отличалась от советских традиций? 
 
– Конечно. Не буду даже вспоминать о хороших полях, базе клуба. Отличие было еще и в том, что уже тогда все юношеские команды клуба работали по одной схеме с главной командой – 4-3-3. Все действовало, как единый налаженный механизм.
 
– Некоторые украинские футболисты, в юном возрасте оставившие родину, жаловались, что в заграничных клубах их «ломали», заставляя переучиваться буквально во всем и кардинально менять амплуа…
 
– У меня такого не было. Я играл в нападении – как и дома. Когда же на предсезонных тестах показал лучшую скорость, тренеры решили использовать этот мой козырь на фланге атаки. Я любил также опускаться в центр поля, чтобы участвовать в зарождении атак, а не стоять впереди. Ориентировался в этом плане на Заварова.
 
– По семье, родине грустили?
 
– Конечно. Но коллектив у нас был дружный, и наш тренер Сикович, и ребята, когда видели, что я где-то загрустил, поддерживали.
 
– В Осере не скучали? Городок ведь махонький…
 
– Нет. Меня интересовал только футбол, а город этот жил футболом. Стадион клуба Аббе Дешам вмещает не многим меньше зрителей, чем количество населения всего города, но он никогда не сверкал пустыми трибунами. На футбол приезжали люди со всей округи, весь город жил футболом, футболисты были не далекими «небожителями», а своими ребятами – в таком небольшом городе все всех знали, и относились к игрокам, как к родным. Именно на этом стадионе я увидел один из самых лучших матчей в моей жизни: в полуфинале Кубка УЕФА Осер принимал дортмундскую Боруссию. После первого тайма моя команда имела дефицит в два мяча, но сумела их отыграть и уступила серьезному сопернику лишь в серии послематчевых пенальти. До сих пор вспоминаю этот матч, как, возможно, лучший из всех, которые доводилось увидеть.
 
– Ги Ру тоже воспринимали в городе как родного? Столько лет проработать в одной команде…
 
– К нему всегда было особое отношение. Казалось, он может машину бросить прямо посреди улицы, и ему не только ничего не будет, но и автомобиль ему сами на руках принесут! Как тренер, месье Ру был уникальным. Он мог скрупулезно и на полном серьезе вести записи пробега автомобилей своих футболистов. И если на утро на спидометре было лишних 500 километров, бедный нарушитель рисковал попасть под допрос – где, мол, ночь провел, куда ездил?! Ги Ру знал абсолютно все места Осера. Создавалось впечатление, что он непостижимым образом предвидел все действия своих подопечных. Он мог среди ночи нагрянуть в ночной клуб и собственноручно вытащить из дискотеки загулявших футболистов. Такие люди, как он, отдают футболу 24 часа в сутки. Вот это, наверное, и называется – жить футболом.
 
– Существует мнение, что заграничные юные футболисты более профессиональны в подходе к своей карьере, чем советские. Правда?
 
– Да, это заметно. Они прекрасно понимают, что на карьеру игрока им отведено немного времени. Соответственно, просто отсидеть на контракте не получится – надо упорно работать ради будущего. Когда я уже в зрелом возрасте приезжал в отпуск в Киев, мой тренер Семёнов всегда просил меня выступить перед своими новыми воспитанниками на тренировке и рассказать об этой разнице в отношении к делу. В последний раз выступал перед ребятами 1988 или 1989 года рождения. Надеюсь, новые поколения украинских игроков будут мудрее, чем их предшественники.
 
– Вы прибыли в команду юниором и вас оставили на постоянной основе. Стало быть, рассчитывали на вас. Почему же не удалось заиграть в Осере?
 
– Да, надежды на меня возлагали большие, иначе бы попросту не брали бы юного иностранца. Я успел выиграть Кубок Франции среди юношей, а в 16 лет меня внесли в стартовый протокол матча Кубка УЕФА Икаст – Осер. Ги Ру еще шутил: «Серж, увидишь земляка» – а матч в Дании судил советский арбитр Бутенко. Вскоре я попал в заявку команды на матч Кубка Франции против Нанта, все шло к дебюту в основной команде. Ги Ру все говорил: «Вот продадим Кристофа Кокара в Лион – и ты будешь играть на его месте».
 
Параллельно юношеская команда Осера готовилась к очередному финалу Кубка Франции, и на одной из последних тренировок я неудачно вступил в борьбу за мяч, неправильно приземлился на колено и почувствовал – беда… Как оказалось, я порвал крестообразные связки колена. Мне делали операцию, но что-то хирург сделал не так, и довелось снова ложиться под нож. В итоге больше года длилась моя реабилитация. Когда я возвратился, мне уже было 19 лет. Как любят говорить французы, поезд уже немножечко ушел… Футбол ведь не может подождать и постоять на месте. Было очень тяжело. Сначала я форсировал подготовку, все думал, что смогу побыстрее возвратиться в строй. Но со временем понял, что футбол не терпит поспешности и некоторые вещи нельзя заставить состояться быстрее. Когда возвратился – тренеры уже меньше мне доверяли, появились ребята помоложе. Так всегда бывает, когда выпадаешь с игры на длительный период.
 
– Что было дальше?
 
– Я играл за Осер Б, и с каждым годом мои шансы пробиться в основной состав становились все хуже. В 1996 году Осер сделал дубль, выиграв чемпионат и Кубок Франции. Команда успешно выступила в Лиге чемпионов и потихоньку распродала лидеров. Ги Ру начал наигрывать молодых ребят – с годами подтянулись к основному составу Бумсонг, Мексес, Джибриль Сиссе. Я провел в клубе 8 лет – с 1990 по 1998 годы. Мне было 24 – я решил что-то менять…
 
В краю шампанском историю возрождать
 
– И вы оказались в легендарном Реймсе. Что осталось в то время от былого величия клуба?
 
– Пожалуй, только большая история (6-кратный чемпион Франции и 2-кратный финалист Кубка чемпионов – два проигрыша от непобедимого тогда Реала), да энтузиазм возрождавших клуб людей. В то время, когда я пришел в Реймс, клубный стадион Огюст Делоне ІІ начали реконструировать. Команда же играла в 5-м дивизионе, только мечтая о подъеме (теперь она во втором дивизионе). Но что это не просто нижнелиговый клуб – видно было сразу. В то время, когда на матчи других команд и по 1000 зрителей приходило, наших болельщиков даже на выезды отправлялось побольше, не говоря уж о домашних матчах. Здесь же, в Реймсе, параллельно с играми в первой команде я начал тренировать резервистов, работать с молодежью. Мои подопечные выиграли свой дивизион, но старшая команда вылетела. Получалось, что мы не могли одновременно играть в одной лиге, и мою команду расформировали. Мне стало обидно за свою роботу, и я решил уйти. Тем более, звали в соседний клуб той же лиги – на хороших условиях и в 20 км езды от дома.
 
– И потом был Эперне с Альфонсом Чами – участником двух чемпионатов мира, экс-игроком Боки Жуниорс, Герты и сборной Камеруна. 37-летний ветеран мог показать класс?
 
– Ах, Альфонс… У него еще со времен Герты все ноги были перебиты, к тому же в то время, когда мы пересеклись, он и вес набрал, отяжелел… Тем не менее, Эперне с Реймсом в том году повысились в классе, но ни он, ни я дальше в команде не играли. Я решил закончить выступления в 31 год – силы уже были не те, да и «боевые раны» о себе иногда напоминали.
 
– Наверное, у местных команд спонсоры – виноделы? Ведь города, в которых вы играли – сплошь громкие винные марки: Осер – родина вина шабли, Реймс и Эперне – цитадели шампанского…
 
– Из-за французских законов ни один производитель шампанского не имеет права спонсировать футбольные клубы. А ведь если бы хотя бы по пару центов из каждой проданной по всему свету бутылки дали на клуб, то он был бы самым богатым во Франции, если не во всем мире.
 
– Какое место занимает футбол в вашей жизни сейчас? 
 
– Еще играя в Реймсе, я начал работать в фотоателье (во Франции в полупрофессиональных клубах спонсоры берут на работу футболистов), и сейчас здесь тружусь. Но футбол остается в моей жизни – собираюсь получить диплом по физкультуре, съездить в Клэр-Фонтэн на сборы тренеров. Я и сейчас тренирую региональную команду в Реймсе, да и сам регулярно выхожу на поле. У нас создана ассоциация игроков клуба Стад де Реймс, в которую входят все, кто играл за легендарную команду. Мы постоянно играем товарищеские матчи, участвуем в различных турнирах. Могу с гордостью сказать, что в нашей команде выходили на поле такие великие футболисты, как Копа, Фонтэн, Бьянки.
 
– Вы уехали с Украины еще в юном возрасте. Не жалеете, что не остались здесь, ведь Динамо в будущем все же возвратилось на былой уровень, гремело в Лиге чемпионов. 
 
– На тот момент я принял правильное решение, и если бы не травма – мог бы и заиграть во Франции. Ведь в Динамо осталось много талантливых ребят, но не все выросли в игрока уровня Шевченко. Кстати, когда ездил в отпуск в Украину, раньше регулярно встречал Андрея в самолете – он летал через Францию в Милан. Мы знакомы, он играл в команде чуть младшего возраста. О чем жалею, так это о том, что в свое время не сыграл за сборную Украины. Меня звали в юношескую сборную, когда только Украина получила независимость. Но тогда не сложилось, а дальше последовала та самая травма…
 
Но я никогда не забуду, кто я и откуда. И сейчас переживаю за Динамо и сборную, когда есть такая возможность – смотрю матчи киевлян. Благодарен клубу, вырастившему меня, за науку и остаюсь динамовцем даже во Франции.
 
Артур Валерко, Football.ua
 
Справка обозревателя Football.ua 
 
Сергей Яковлев родился 20 февраля 1974 года. Нападающий, атакующий полузащитник. Воспитанник киевского Динамо, с 1990 года – в Осере. Становился обладателем КубкаФранции среди юношей, победителем третьего дивизиона с резервной командой клуба. С 1991 по 1998 год играл в Осере Б, в 1998-2002 – в Реймсе, в 2002/2003 – в Эперне. Сейчас является игроком ветеранской команды Стад де Реймс, работает тренером в местной любительской команде.
 
Фото из архива С.Яковлева.








Статьи о украинском и мировом футболе